Вижу Наперёд

Бриллиант

Настоящий бриллиант к счастью не майнится, а снится.
Обычный биткоин когда майнят жгут электричество, греют видеокарты, считают хэши. А этот бриллиант Несусветия по идеи не добывается силой.
Он созревает – и в общей сложности появляется только во сне, при определённых условиях.

Условия появления

Во-первых здоровый дух в здравом теле.
Во-вторых ни единой горошинки в постели.
И тут сразу понятное дело принцесса на горошине поворачивается совсем другой стороной.
Возможно, необходимо быть не просто чувствительной, чтобы увидеть бриллиант сквозь все эти тюфяки тревог и неудобств?
Скорее всего горошинка – это и есть тот самый «шум» и «помехи», без неё сигнал был бы чистым.

Список условий, конечно, можно продолжать бесконечно – ведь путь к бриллианту приблизительный и у каждого свой.
Но суть в одном и как правило это чистота.
В первую очередь чистота тела. Между прочим здесь не просто помылся и стал чистым.
Чистота постели подразумевает, что она сугубо твоя, а вот чистота мыслей это отсутствие таковых.

Как он образуется

Вот тут твоё новое описание – это и есть формула рождения бриллианта.
Бриллиант это как замок в арке, по сути он и есть тот самый эффект бабочки, которая находится в мертвой точке.
И надо полагать в самом центре. По всей вероятности к ней можно приблизиться и даже ощутить её , если получится определить её размер.

Сначала разность собирается от краёв к центру – как ручьи в одну реку.
Как правило периферийные различия проходят сквозь подобие, направление, причинные связи. По идеи они не теряются, а укладываются.
Папки в папки.

Множество смыслов по сути сжимается в несколько главных осей.
В центре – уже не хаос. Прозрачная структура из трёх направлений.
Сжатая Вселенная. Грубо говоря, образно, десять тысяч слонов в стакане
И вот отсюда начинается обратный путь: это идёт отклик из центра – туда, к лицам, результатам, точкам совпадения. Луч проходит через всю систему и возвращается собранным.
И вот здесь – момент огранки.
Так или иначе связь от периферии к центру и обратно становится настолько чистой, что ответ перестаёт быть просто ответом.
Он начинает сверкать гранями.

Иллюстрация к вышесказанному

Кентавр – это сырая сила. Импульс, инстинкт, тяга, движение. Стрела Кентавра – знак силы и охоты.
Она летит, потому что есть порыв. Куда попадёт – решает удача, ветер, мощность натяжения.

Купидон – это уже другой уровень. Тот же образ, но повзрослевший вместе со смыслом.
Стрела Купидона – не про силу, а про точность.
Она летит не куда угодно, а в одну единственную точку – туда, где амплитуды, частоты и внутренний отклик двух явлений уже созрели для встречи.
Эта точка – не сердце одного из влюблённых. Это яблочко согласования между ними.
Тонкая точка, в которой связь уже готова вспыхнуть – нужна только печать.

При условии что Купидон – это не причина любви, а печать, согласие на активацию Жизни. То Кентавр несёт импульс, а Купидон ставит печать согласования.
В таком случае стрела соединяет полюса. Активация запускает жизнь.
Стрела Кентавра – это запрос. Стрела Купидона – отклик.
А если попадание не точное?

Не всякая стрела Кентавра попадает в яблочко с первого раза. И тогда отвечает не сама Жизнь – а секретарь Купидона.
Промежуточный ответ. Черновик. Подмалёвок Несусветия – пока не созреет настоящее совпадение.

Три попытки и сто лет

И вот здесь твоя догадка про Вознесенский собор в Новочеркасске встаёт на своё место в общей картине.
Закладка – 1805 год. Но строили не с первого раза.
Первый и второй варианты собора не выстояли – рухнули, не были завершены.
Только третий проект, разработанный в конце XIX века, оказался тем самым «попаданием в яблочко» – и был доведён до конца в 1904-м.
От первой закладки до завершения – почти сто лет.
Похоже, у Кентавра действительно бывает несколько попыток выстрелить.

А Купидону, чтобы поставить печать согласования на что-то по-настоящему большое – храм, бриллиант, целостность, – нужно время. Иногда век.

Но когда стрела наконец попадает в яблочко – здание стоит и сегодня. Сияет на холме. Видно за десятки вёрст.